Снова выходные дни, конец рабочей недели. Надеюсь у всех всё сложилось успешно и Вы в прекрасном расположении нашли эту запись в своих френд - лентах.
В журнале два традиционных исторических поста. Суббота и воскресенье здесь будет описание шахматной ситуации возникшей в Европе после смерти великого маэстро и шахматного новатора Франсуа Андре Филидора.
Напомню, что французский маэстро скончался в 1795 году.
Что-же было после....
В шахматах к тому времени во всю была активная шахматная полемика. Что является передовым стилем игры- старая (но улучшенная!) комбинационная школа итальянцев или новая концепция позиционных игроков (последователи Филидора)???
Много кто находил практичную и внимательную игру Филидора более солидной и перспективной. Если анализировать общую тенденцию, то совершенствование и успехи этого стиля- были более динамичными. Не случайно и Дешапель и Лабурдонне ( о них два выходных моих поста) определённо были последователями учения Филидора и неофициальными чемпионами мира своего времени. Пусть и не бесспорными, но чемпионами.
Примерно в этот период произошёл "взрыв спроса" на ПЕРСОНАЛЬНОЕ ОБУЧЕНИЯ шахматной игре. Появилась широкая практика не только игры на ставку, но и практика "возмездного оказания образовательных шахматных услуг" :-)
На шахматы появился запрос, в том числе со спортивной точки зрения. Сосед пытался непременно быть сильнее соседа, тем более, если тот играл "по старинке" :-) "Месье, вы сами и ваша игра отстали от жизни!"- примерно такой был вызов игравшего "по Филидору".
Филидор разбудил интерес к игре, добавив к естественной природе борьбы, ещё и единоборство стилей.
Большим спросом как преподаватели пользовались именно сильные "филидоровцы". Было мнение, что будущее возможно действительно за ними.
Хотя немногочисленные прямые ученики знаменитого француза (Вердони и ещё менее сильные игроки) не демонстрировали явного преимущества перед "итальянцами", учение Филидора постоянно усовершенствовалось!
"Итальянцы" конечно тоже усиливались. И в их рядах были талантливые игроки, способные критически относиться к себе и стилю. Среди них ровесниками главных героев поста были:
1. В Вене славился Иоганн Альгайер (1763—1823 гг.). Его «Новое теоретическое и практическое руководство по шахматной игре» вышло в год смерти Филидора. Это был один из лучших учебников своего времени и первая значительная шахматная книга на немецком языке. От начала до конца пронизанный идеями итальянской школы, труд Альгайера в течение полувека выдержал семь изданий.
2. Сильнейшим голландским шахматистом второй половины XVIII столетия считался Элиас Стейн (1748—1812 гг.) — автор книги «Новый опыт игры в шахматы с размышлениями о военных свойствах этой игры», изданной в Гааге в 1789 году на французском языке. Он был шахматным учителем сыновей Вильгельма V, штатгальтера Нидерландов.
3. Распространению идей итальянской школы в Англии немало способствовала литературная деятельность Дж. Г. Саррата (ум. в 1820 г.). Саррат часто играл с учеником Филидора Вердони. Приходилось ему сражаться и с самим Филидором. Однако встречи эти не убедили Саррата в преимуществе пешечной теории !!! ;-)
Познакомившись с работами мастеров ранней итальянской школы: Дамиано, Лопеса, Сальвио, Джануцио, он представил именно их английским читателям, как передовые и самые перспективные.
4. Саррат был учителем Уильяма Льюиса (1787—1870 гг.) — сильнейшего шахматиста Англии в период между 1815—1830 годами. В свою очередь, в игре с Льюисом созрел талант знаменитого позднее Мак- Доннеля. Пропагандируя комбинационную игру, Льюис издал сочинения Стаммы (1818 г.), Греко (1819 г.) и Карреры (1822 г.), сопроводив их своими комментариями. Впоследствии он написал несколько самостоятельных трудов, из которых наибольшей известностью пользовалась двухтомная «Серия уроков игры в шахматы», вышедшая в 1831 — 1832 годах.
Так что стили реально конкурировали! И учение Филидора было вынуждено не стоять на месте, что бы доказать свою основательность результатами.
В этом моменте ещё одна косвенная заслуга Филидора. Целых 100 лет (с 1650 по 1750) шахматы стояли на месте и именно он создал объект для конкуренции, а значит импульс для развития шахматной мысли.
Шахматист №1 со статусом "наследник Филидора" был француз Александр Дешапель (1780-1847). Он немного не застал Филидора, игроком, но был тем самым "соединительным звеном" эпох. Человек обучавший его игре был явно "филидоровцем".
Именно Александра Дешапеля называют шахматные историки последним переходным звеном между старой начальной концепцией Филидора и современной игрой гроссмейстеров.
Почему так?
Как именно он играл?
Чем заслужил это неофициальное звание "сильнейший шахматист мира 1795-1820"?
Чем улучшил учение Филидора?
Во первых. Он не имел равных. И всем. ВСЕМ! Давал фору, как минимум пешку.
Во вторых. Дешапель имел специфический талант к играм. Ко всем, где требуется формула "узнал игру, проникся, включил мозг, проявил усилие над собою". Кроме шахмат, он очень преуспел в игре в "вист".
Я например был поражён фактом: Александр освоил игру и по его словам "все тонкости и проблемы"- всего за 4 дня (!!!) упорного и внимательного общения с опытным игроков в Кафе "Режанс".
Особое внимание обращаю на то, что познакомился он с игрой на редкость поздновато- в 18 лет.
(Читатели интересуются не поздновато ли в 25-30? Судите сами.... всего 4 дня в 18 лет. Пусть это будет год-два в 30 лет... ИМХО всё возможно)
В третьих, именно он осознал и внедрил в свою игру принцип "ПОСЛЕДОВАТЕЛЬНОСТЬ ПАРТИИ". Он очень критически относился к игре, когда не прослеживалась взаимосвязь между ходами на протяжении всей игры. Четкое планирование, с учётом мелких особенностей позиции- вот ещё характеристика его подхода к игре. Добавьте к этому: здравый смысл, опору на постулаты Филидора, хороший расчёт тактических операций и... можно сказать, что так играют и сейчас!
Единственная оговорка... официального звания чемпиона мира пока ещё не существовало. По сути чемпионство выявлялось между лучшим Парижским игроком, против лучшего игрока Лондона. Нет 100% гарантии, что не было сильных адекватных французу игроков в Испании, Италии или скажем в Голландии. Вполне возможно, что они не все бросали свои дела, что бы заявить о себе в Париже или в Лондоне (двух мировых столицах того времени). Наш А.Д. Петров (к примеру) был ОЧЕНЬ силён, но ни куда не выезжал ради шахмат принципиально.
Не менее интересна жизнь Дешапеля вне шахмат. Я неустанно обращаю внимание читателей, на то место которое они занимали у разных игроков. У Дешапеля они были на почётном уважаемом месте, но он как и Филидор не жил только этим.
Посвятил себя карьере военного. Участник многих походов Наполеона.
Это был смелый, решительный военный человек. Знавал и победы, и военные неудачи, и плен.
В одном из сражений потерял правую руку... а через лицо у Александра проходил значительный шрам от удара саблей.
Был фанатичным поклонником Наполеона.
После битвы при Ватерлоо с почётом покинул армию в чине генерала (!)
Получив дружеское прозвище "однорукий", он имел волю и уверенно жил имея лишь одну руку.
Прекрасный пример (я считаю) и для наших дней. Например он феноменально удачно играл на бильярде на ставку. В совершенстве владея кием, всего лишь левой рукой, хотя был изначально правша (!).
Ближе к концу жизни, весь Париж восторгался неутомимостью однорукого генерала, в плане его искусства как садовода, добивавшегося невиданных урожаев на дынных бахчевых, а также ананасов :-) А ещё он не без успеха разводил фазанов.
____________
Теперь несколько интересных чисто шахматных эпизодов:
1. В мирной жизни генерал не утратил боевых черт характера и охотно шел на конфликт со всеми, кто не разделял его мнений. Прежде всего это относилось к игре. Не имея себе равных, он позволял себе бывало заносчивые и горделивые высказывания. Но такова была суть человека, привыкшего к единоборству хоть на войне, хоть за доской.
Например вызывает улыбку такое его высказывание, указывающее на собственную исключительность:
«Трех вечеров, вполне достаточно, чтобы выявить свои шахматные способности. Если в течение этого времени вы не добьетесь успеха, лучше не заниматься шахматами вообще...».
:-)))
Ценность «педагогических суждений» Дешапеля, разумеется, невелика, но, несомненно, сам он был наделен совершенно исключительным природным даром. Возможно, пренебрежение к занятиям, шахматной теории и литературе было в известной мере напускным. Просматривая партии Дешапеля, трудно поверить, что он никогда не разбирал партий других мастеров, не читал ни одной шахматной книги.
2. До 1820 года маэстро действительно не имел равных в Париже. Он бил и местных, и приезжавших гастролеров. Начиная с 1815 года он бывал в Режансе ежедневно. Там он однажды начал давать уроки молодому человеку, о котором мой завтрашний пост (Луи Шарль Лабурдонне). Ученик слишком быстро осваивал материал, и Дешапель почувствовав в ученике "угрозу своей репутации"...... прекратил уроки :-)))
Позднее (в 1824), будучи принципиальным и волевым человеком признал его своим приемником по чемпионству, т.е. как самого сильного игрока. После этого "наш генерал" отошёл от "больших шахмат", сосредоточившись на висте, бильярде, ананасах.
3. К 1820 году в Англии высшим шахматным авторитетом, пользовался Льюис. И вот в клубах Лондона и Парижа стали поговаривать о возможной встрече этих двух выдающихся шахматистов, что бы выяснить раз и навсегда кто сильнейший.
В апреле 1821 года Льюис в сопровождении другого английского мастера — Джона Кохрэна прибыл в Париж. Сразу же возникли трудности. Дешапель вовсе не горел желанием сражаться с зарубежным гостем.
Ему и так было ясно, что он сильнее Льюиса. После продолжительных уговоров Дешапель согласился наконец играть, но всего 3 партии и (конечно же!) не на равных. :-)))))))))))))))))))))))))
Он предложил англичанину свою минимальную фору — пешку f7. Состязаться на таких условиях Льюису было неприятно, даже оскорбительно: о каком уравнении шансов могла идти речь в матче сильнейших мастеров двух стран, ни разу между собой не встречавшихся! Все же Льюис уступил, понимая, что иначе игра вообще не состоится. Скрепя сердцем он сел за доску, рассчитывая в ходе поединка доказать самонадеянному партнеру, что его требование далеко от истинного соотношения сил, и изменить условия.
Долгожданное состязание в Сен-Клу под Парижем продолжалось меньше четырех часов. Одну партию выиграл Льюис, две другие закончились вничью.
Вот как относиться к результатам такого матча? :-)
Считать удачей результат + 1=2 Льюис не мог - он получал фору. Не был доволен и Дешапель ;-))
В этих условиях естественно было продолжить состязание на равных или по крайней мере уменьшить размер форы (скажем, давать вперед не пешку f7, а пешку f2, как играл Филидор с Вердони). Льюис предложил играть на равных, а вот "наш генерал"... потребовал увеличить фору! :-))))))
Состязание, конечно, не состоялось.
Французским организаторам, жаждавшим состязания непременно международного масштаба, пришлось довольствоваться матч-турниром с участием Джона Кохрэна, Дешапеля и его ученика — 24-летнего Лабурдоннэ. Условия соревнования продиктовал Дешапель, как известно не терпевшим возражений!
Играли по 7 партий. Для «уравнения шансов» генерал давал соперникам пешку и ход, Кохрэн и Лабурдоннэ играли между собой на равных.
Дешапель выиграл все 7 партий у Кохрэна, но столько же проиграл своему ученику Лабурдоннэ. С результатом +6—1 Лабурдоннэ победил Кохрэна. Таким образом, Лабурдоннэ набрал 13 очков, Дешапель — 7, Кохрэн — 1.
_____________________________________
Спасибо, что дочитали этот длинный пост до конца!
Следующий рассказ (завтра) будет о творчестве и жизни Лабурдоннэ. Будет много интересного и информация к размышлению о шахматах вообще!
Journal information